Встреча с прошлым никогда не бывает безболезненной, независимо от качества этого прошлого. Призраки всегда призраки. Даже в тех редких случаях, когда они напоминают о чём-то хорошем, они неотвратимо вызовут чувство утраты. В случаях же иных, ты в очередной раз убеждаешься, что от прошлого не избавиться никогда. Забываются имена, лица, присутствие каких-то людей и даже целые декады, но однажды прошлое все равно настигнет, какая-нибудь незначительная деталь - случайно брошенная фраза, запах дешевой акварельной краски, сплетение проводов, проходящих через весь потолок от люстры к розетке, солнечные свет сквозь решетку листвы ясеня, тихий пронзительный скрип ключа в замочной скважине, щебет синиц за окном - безжалостно отбросит тебя на десять, двадцать лет назад. Почти тридцать - это, возможно, все еще рано для мемуаров, но откуда тогда это чувство усталости от жизни с ее одинаковыми днями, хоть яркими, хоть монотонно-серыми, бесконечный день сурка. Годы проходят как месяцы, месяцы как недели, недели как дни, ну а дни, соответственно, как часы. Минут вообще не осталось.
Прошлое не то чтоб не отпускает, оно просто дает тебе в полной мере ощутить тщету всего сущего. Впрочем, равно и настоящее. Давно уже нет никаких сожалений, есть только легкое чувство досады, что каждый день ты вынужден заполнять чем-то, каким-то непрерывным процессом, проектом-скрипкой-книгами, иначе как еще выжить в мире, где каждый апрель начинается одинаково депрессивно-жгучим солнцем и яркой зеленью, игнорируя политическую, военную и личностно-экзистенциальную обстановку. Это чудовищно, бесчеловечно.
Прошлое не то чтоб не отпускает, оно просто дает тебе в полной мере ощутить тщету всего сущего. Впрочем, равно и настоящее. Давно уже нет никаких сожалений, есть только легкое чувство досады, что каждый день ты вынужден заполнять чем-то, каким-то непрерывным процессом, проектом-скрипкой-книгами, иначе как еще выжить в мире, где каждый апрель начинается одинаково депрессивно-жгучим солнцем и яркой зеленью, игнорируя политическую, военную и личностно-экзистенциальную обстановку. Это чудовищно, бесчеловечно.