(no subject)
Sep. 10th, 2019 06:50 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
lizard_lizaЗадумываются ли обо времени все одинаково? I mean, глядя на фотографии десятилетней давности, задаются ли вопросом, как может такое быть, что за десять лет так много всего произошло, но как будто ничего не изменилось? Вот близкий тебе человек, которого нет все эти годы, но тебе кажется, где-то 3 или 4. Потому что спустя год-два боль всё еще не утихает, а спустя три-четыре интенсивность с течением времени остается константной.
Временные промежутки такие странные, так тяжело поддающиеся оценке. Пять лет назад -- вроде бы достаточно много, четыре -- вроде не так уж и давно, два -- как будто вчера. Некоторые фотографии хронологически идентифицируются благодаря лишь телефону и облакам. Длина волос не меняется с весны шестнадцатого, бретонок я купила две одинаковых по привычке незапамятных времен, а кошки за год вырастают из котят и заполняют твою ленту на девяносто минимум процентов. Война идет уже шестой год, но ты перестал считать после второго, семья в самом строгом ее понимании сократилась до двух человек, вероятно, все те же десять лет назад, и, возможно, с тех самых пор я живу каждый день в ожидании смерти (хоть та не была ни первой, ни последней, ни внезапной). Стараешься не привязываться к кошкам и собакам, но это ведь невозможно, почти как с людьми, и регулярно пытаешься примерить жизнь без кого-то, тоже, конечно же, безуспешно.
До прошлого мая я, вероятно, была и лучше и веселее. Чужие шрамы на теле перестали быть простыми следами неудачных стечений обстоятельств, каждый становится загадкой, которую хочется разгадать, успокоить себя -- это всего лишь отметина времени, она не приносит огорчений. И в то же время без них бывает сложно уговорить себя на сочувствие, убедить, что не все непременно заметно, и последствия множества драм как следы на воде.
Временные промежутки такие странные, так тяжело поддающиеся оценке. Пять лет назад -- вроде бы достаточно много, четыре -- вроде не так уж и давно, два -- как будто вчера. Некоторые фотографии хронологически идентифицируются благодаря лишь телефону и облакам. Длина волос не меняется с весны шестнадцатого, бретонок я купила две одинаковых по привычке незапамятных времен, а кошки за год вырастают из котят и заполняют твою ленту на девяносто минимум процентов. Война идет уже шестой год, но ты перестал считать после второго, семья в самом строгом ее понимании сократилась до двух человек, вероятно, все те же десять лет назад, и, возможно, с тех самых пор я живу каждый день в ожидании смерти (хоть та не была ни первой, ни последней, ни внезапной). Стараешься не привязываться к кошкам и собакам, но это ведь невозможно, почти как с людьми, и регулярно пытаешься примерить жизнь без кого-то, тоже, конечно же, безуспешно.
До прошлого мая я, вероятно, была и лучше и веселее. Чужие шрамы на теле перестали быть простыми следами неудачных стечений обстоятельств, каждый становится загадкой, которую хочется разгадать, успокоить себя -- это всего лишь отметина времени, она не приносит огорчений. И в то же время без них бывает сложно уговорить себя на сочувствие, убедить, что не все непременно заметно, и последствия множества драм как следы на воде.